Декрет о земле: как 26 октября 1917 года изменилась судьба русской деревни
В ночь с 26 на 27 октября (8-9 ноября по новому стилю) 1917 года, сразу после взятия власти большевиками, II Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов принял документ, ставший вторым по значимости после Декрета о мире. Это был Декрет о земле — акт, который веками оставался главной мечтой и главной болью российского крестьянства.
Исторический контекст
К 1917 году аграрный вопрос в Российской империи достиг точки кипения. Крестьяне, составлявшие более 80% населения страны, страдали от малоземелья. Манифест 1861 года освободил их от крепостной зависимости, но обрек на 49 лет выкупных платежей за крошечные наделы. Столыпинская реформа, призванная создать слой крепких фермеров-хуторян, к моменту революции затронула лишь около четверти крестьянских хозяйств. Большинство по-прежнему жило в общине и требовало передела помещичьих земель.
Истоки и авторство
Проект декрета был написан В. И. Лениным в ночь на 26 октября 1917 года. При его составлении большевики проявили редкий для себя прагматизм: они не стали навязывать собственную, еще не до конца сформированную аграрную программу. Основой документа послужил «Примерный наказ, составленный на основании 242 наказов, доставленных местными депутатами на 1-й Всероссийский съезд крестьянских депутатов в Петрограде в 1917 году». Фактически большевики юридически оформили и возглавили уже идущий в деревне стихийный процесс захвата земель, опираясь на эсеровскую аграрную программу, которая была наиболее близка чаяниям крестьян.
Ключевые положения декрета
Документ, зачитанный Лениным на втором заседании съезда поздно вечером 26 октября и утвержденный в 2 часа ночи, состоял из нескольких революционных пунктов:
Немедленная и безвозмездная отмена частной собственности. Помещичья собственность на землю отменялась немедленно, без всякого выкупа. То же касалось удельных, монастырских и церковных земель.
Национализация ресурсов. Вся земля (государственная, удельная, кабинетская, частновладельческая и даже крестьянская) обращалась во всенародное достояние. Недра, леса и воды общегосударственного значения переходили в исключительное пользование государства.
Охрана имущества. Любая порча конфискуемого имущества объявлялась тяжким преступлением. Уездные Советы крестьянских депутатов обязывались составлять точные описи конфискованных имений, охранять постройки, скот, орудия и запасы продуктов.
Сохранение культурных хозяйств. Усадебная земля с садами, огородами, а также высококультурные хозяйства (питомники, оранжереи, рассадники) не подлежали разделу. Они превращались в показательные и передавались в пользование государства или общин. Конские заводы и племенные скотоводства также конфисковывались.
Уравнительное землепользование. Право пользования землей получали все граждане, желающие обрабатывать ее своим трудом (наемный труд запрещался). Земля распределялась между трудящимися по «трудовой» (по числу рабочих рук) или «потребительной» (по числу едоков) норме. Землю нельзя было продавать, покупать, сдавать в аренду или закладывать.
Механизм распределения. Распределением земли заведовали местные и центральные самоуправления — от сельских общин до областных учреждений. Создавался общенародный земельный фонд. Земля выбывших членов общины возвращалась в фонд и перераспределялась, причем преимущественное право на получение участков имели их ближайшие родственники.
Декрет о земле в белорусском контексте: от мечты о наделе до социалистической собственности
Для белорусского крестьянина, веками жившего в условиях безземелья и остатков крепостничества, Декрет о земле, принятый II Всероссийским съездом Советов 26 октября 1917 года, стал не просто политическим актом, а долгожданным спасением. В тот момент, когда в Петрограде звучали залпы «Авроры», на территории современной Беларуси (входившей тогда в состав Витебской, Могилевской, Минской и части Виленской губерний) аграрный вопрос стоял особенно остро.
Белорусский голос на съезде
Важно отметить, что белорусский край был представлен на историческом съезде. В работе II Всероссийского съезда Советов, принявшего декрет, принимал участие 51 делегат от Беларуси и Западного фронта. Их присутствие символизировало, что судьба западных губерний решается вместе с судьбой всей бывшей империи.
Уже к концу ноября 1917 года советская власть была установлена на всей неоккупированной части Беларуси. На выборах в Учредительное собрание, состоявшихся 12–19 ноября, большевики получили перевес (30 депутатов из 56 избранных от Беларуси). 19 ноября в Минске открылся съезд Советов рабочих и солдатских депутатов Западной области, который не просто одобрил Декрет о земле, но и потребовал переизбрать все волостные комитеты, земские управы и милицию для его скорейшего исполнения. Одновременно съезд крестьянских депутатов.
От Декрета к белорусской государственности
Декрет о земле заложил правовой фундамент, на котором строилась белорусская советская государственность. Хотя в первые месяцы после революции правовые отношения в Белоруссии целиком основывались на законодательстве РСФСР, именно принципы социализации земли легли в основу первых актов новообразованной ССРБ.
В 1923 году был принят первый самостоятельный Земельный кодекс БССР, который развил положения ленинского декрета, закрепив за крестьянами право постоянного трудового пользования землей, но оставив саму землю в собственности государства. Этот принцип — «земля принадлежит народу, но распоряжается ею государство» — определял облик белорусской деревни на протяжении всего советского периода, вплоть до 1990-х годов.
Для современного белорусского общества, где земля остается важнейшим ресурсом, а в Республике Беларусь осуществляется новая земельная реформа, декрет 1917 года — это точка отсчета.
